prospekt_pobedy (prospekt_pobedy) wrote,
prospekt_pobedy
prospekt_pobedy

Categories:

Пер Валлё, Май Шеваль. "Человек на балконе" (Mannen på balkongen). #29


Шведские монеты Öre
Изготавливавшиеся из чистой бронзы, в 1967 году они еще были весьма распространенным платежным средством, однако, пять лет спустя начался их постепенный вывод из оборота. Первыми, ожидаемо стали монеты с номиналом в 0,01 кроны, а к 1991 году в ходу были только в полкроны, их хождение было прекращено 30 сентября 2010 года.

Было раннее утро, вторник, двадцатое июня, и в дежурной комнате девятого округа еще царило спокойствие. Полицейский Квист сидел за столом, курил и читал газету. Это был молодой человек со светлыми усами и бородой. Из-за перегородки в углу доносились голоса, время от времени прерываемые стуком пишущей машинки. Зазвонил телефон. Квист поднял голову над газетой и увидел, как Гранлунд, сидящий за стеклянной перегородкой, берет трубку.

Дверь у Квиста за спиной открылась, и вошел Родин. Он остановился у двери и надел портупею. Родин был старше Квиста и по возрасту, и по званию. Квист год назад закончил полицейскую школу, и в девятый округ его направили совсем недавно.


Родин подошел к столу и взял фуражку. Похлопал Квиста по плечу.
— Так, пойдем, — сказал он. — Еще один обход, а потом будем завтракать.

Они вышли из ворот и зашагали по Сурбрунгатан в направлении Свеавеген. Они шли медленно, рядом, одинаковым широким шагом, заложив руки за спину.
— Послушай, что велел Гранлунд сделать с этой фру Андерсон, когда мы ее найдем? — спросил Квист.
— Ничего. Спросить ее, звонила ли она второго июня в криминальную полицию и говорила ли она что﷓то о каком﷓то типе на балконе, — ответил Родин.

Они перешли Тулегатан, и Квист посмотрел вправо, в направлении Ванадислундена.
— Ты был там, когда произошло это убийство? — спросил он.
— Ага, — ответил Родин. — А ты нет?
— Нет, у меня был отгул, — сказал Квист.

Они дошли до Свеавеген.

У киоска на углу, прямо перед государственным винным магазином уже толкались несколько пьяниц. Один грозил кулаком и пытался снова и снова ударить другого, но был настолько пьян, что не мог как следует попасть в цель. Другой казался чуть более трезвым и придерживал противника на некотором расстоянии, упираясь ему ладонью в грудь. Буян что-то бессвязно выкрикивал и не переставал размахивать руками. Наконец у менее пьяного лопнуло терпение, он толкнул скандалиста и повалил его на землю.

Родин вздохнул.
— Придется взять его с собой, — сказал он и направился через проезжую часть на противоположную сторону улицы. — Я его знаю, с ним вечно возникают затруднения.
— Которого? — спросил Квист.
— Того, что лежит на земле, — ответил Родин. — Другой в порядке.

Полицейские поставили мужчину на ноги. Ему было около шестидесяти, одна кожа да кости, наверняка он весил не более пятидесяти килограммов. Недалеко от них сразу начали останавливаться прохожие из разряда добропорядочных граждан и глазеть на них.
— Привет, Йохансон, как сегодня дела? — поинтересовался Родин.

Йохансон свесил голову на грудь и сделал слабую попытку отряхнуть пиджак.
— Пре-пре-прекрасно, — залепетал он. — Я з-з-здесь с приятелем поговорил. Так, по-дружески, герр полицейский.

Приятель явно приободрился и заявил:
— Оскар в порядке. С ним все нормально.
— Ну, и что же дальше? — добродушно проворчал Родин.

Он показал приятелю жестом, чтобы тот исчез, и тот с невероятным облегчением отступил за пределы досягаемости руки закона.

Родин и Квист крепко взяли пьяного каждый со своей стороны и потащили его к стоянке такси в нескольких метрах от места происшествия.

Таксист видел, как они приближаются, вышел из машины и открыл им заднюю дверцу. Очевидно, он был из числа обходительных.
— Ну вот, Йохансон, теперь ты с комфортом поедешь в автомобильчике, — сказал Родин. — А потом пойдешь баиньки.

Йохансон уже не сопротивлялся, он влез в машину, упал на заднее сиденье и мгновенно уснул. Родин толкнул его в угол и через плечо сказал Квисту:
— Я отвезу его, встретимся в участке. Купи по пути какие-нибудь булочки.

Квист кивнул, и, когда такси уехало, направился дальше. Прошел немного по Свеавеген и заметил старомодную вывеску с надписью «Булочная». Взглянул на часы и решил, что вполне может сделать покупку здесь и вернуться в участок на завтрак.

Когда он открыл дверь в магазин, над головой у него зазвенел колокольчик. У прилавка стояла пожилая женщина в клетчатом домашнем халате и разговаривала с продавщицей.
— А бедняжка старый Пальм из восемьдесят первого тоже уже умер, — сказала толстая женщина в домашнем халате.
— Вы знаете, для него это было почти освобождение, — тараторила продавщица. — Он был уже старый и немощный.

Продавщица была пожилая, седовласая, в белом халате. Она посмотрела на Квиста и быстро запихала покупку в сетку покупательницы.
— Хорошо, фру Андерсон, — сказала она. — А сладкого вы сегодня не возьмете?

Покупательница взяла сетку и засопела.
— Нет, сладкого сегодня мне не хочется. Запишите за мной, как обычно. Ну, до свидания.

Она направилась к выходу, Квист подскочил к двери и открыл ее.
— До свидания, голубушка, — сказала продавщица.

Голубушка протиснулась в дверь и кивком поблагодарила Квиста.

Он улыбнулся, так как ему показалось смешным, что кто﷓то может такую толстую женщину называть голубушкой, и уже закрывал за ней дверь, как вдруг ему пришла в голову одна мысль. Продавщица вытаращила глаза, когда он, не говоря ни слова, выскочил на улицу и захлопнул за собой дверь.

Женщину в клетчатом домашнем халате он догнал, когда она уже входила в дом по соседству с булочной. Он быстро отдал честь и сказал:
— Вы фру Андерсон, да?
— Да.

Он взял у нее сетку и придержал ей дверь. Когда дверь закрылась за ними, он сказал:
— Не сердитесь, что я вас спрашиваю, но вы случайно не звонили в пятницу второго июня утром в криминальную полицию?
— Второго июня? Да, я звонила в полицию, возможно, это было именно второго июня.
— А почему вы туда звонили? — спросил Квист.

Он не мог скрыть некоторого волнения, и женщина по фамилии Андерсон удивленно посмотрела на него.
— Я разговаривала с каким-то детективом или как они там называются. С таким грубым человеком, его совершенно не интересовало то, что я хотела ему сказать. Я всего лишь хотела кое о чем заявить. Этот человек стоял там, на балконе, и…
— Можно мне подняться с вами наверх и позвонить от вас? — спросил Квист и быстро направился впереди нее к лифту. — Я все объясню вам по дороге, — сказал он.

Мартин Бек положил трубку и позвал Колльберга. Застегнул пиджак, сунул в карман пачку сигарет и спички и взглянул на часы. Без пяти десять. Колльберг появился в дверях.
— Что это ты здесь расшумелся? — спросил он.
— Ее нашли. Эту фру Андерсон. Только что звонил Гранлунд из девятого. Она живет на Свеавеген.

Колльберг метнулся в соседний кабинет, схватил пиджак и еще воевал с ним, когда снова появился в дверях.
— Свеавеген, — задумчиво произнес он и посмотрел на Мартина Бека. — Как ее нашли? Это были ребята, которые обходили дома?
— Нет, кто-то из девятки столкнулся с ней в булочной, он вошел туда, чтобы купить булочки к завтраку.

На лестнице Колльберг сказал:
— Это случайно не Гранлунд говорил, что нужно отменить перерыв для завтрака? Теперь он, наверное, больше так говорить не будет.

Фру Андерсон критически смотрела сквозь щелочку в приоткрытой двери.
— Я разговаривала с кем-то из вас, когда звонила в то утро? — спросила она.
— Нет-нет, — торопливо и очень любезно ответил Мартин Бек, — вы разговаривали со старшим криминальным ассистентом Ларссоном.

Фру Андерсон закрыла дверь, сняла цепочку, снова открыла дверь и взмахом руки пригласила их в темную прихожую.
— Старший или не старший, — заявила она, — но это был хам. Я уже говорила это тому молодому полицейскому, который поднялся со мной наверх. Думаю, полиции следует быть благодарной, если человек тревожится и сообщает о чем-то подобном. В конце концов, кто знает, сказала я ему, если люди не станут сообщать вам о таких вещах, вам, возможно, нечем будет заниматься. Ну ладно, проходите, господа, сейчас я сварю кофе.

Колльберг и Мартин Бек вошли в гостиную. Хотя квартира находилась на третьем этаже с окнами на улицу, она оказалась довольно темной. Комната была большая, но вся загромождена старомодной мебелью. Одна створка окна была приотворена, другая наполовину закрыта какой-то зеленью в горшках. Занавески были кремовые, искусно собранные в сборки.

Перед коричневым плюшевым диваном стоял круглый столик из красного дерева, на нем были кофейные чашечки и тарелочки для сладкого. У стола стояли два кресла с высокими спинками, покрытые чехлами.

Фру Андерсон вернулась из кухни с фарфоровым кофейником в руке. Она налила кофе в чашки и села. Диван тревожно заскрипел под ее немалым весом.
— Да, без кофе разговор не клеится, — весело сказала она. — Так что вы мне скажете, с этим человеком напротив что-то случилось?

Мартин Бек начал что-то говорить, но в этот момент его заглушила сирена скорой помощи, проехавшей под окнами. Колльберг встал и закрыл окно.
— Вы не читаете газеты, фру Андерсон? — спросил Мартин Бек.
— Почему же? Но когда я уезжаю за город, то никогда не читаю газеты. А я вернулась только вчера вечером. Возьмите еще булочку. Они свежие. Внизу в булочной у них всегда свежая выпечка. Там-то я и встретилась с этим любезным молодым полицейским, хотя, скажу вам, не понимаю, откуда он мог знать, что это именно я звонила в полицию. Да, это была именно я, и это действительно было второго июня, в пятницу, я хорошо это помню, потому что моего деверя зовут Рутгер и я была у них, потому что у него был день рождения, и рассказывала им об этом невежливом ассистенте или как он там называется. Это могло быть приблизительно через час после того, как я звонила.

Она замолчала, потому что ей потребовалось перевести дыхание. Мартин Бек воспользовался этим и быстро сказал:
— Вы не могли бы показать нам этот балкон, фру Андерсон?

Колльберг уже стоял у окна. Женщина закряхтела и с трудом поднялась с дивана.
— Третий снизу, — сказала она и показала пальцем. — Возле того окна, на котором нет занавесок.

Они посмотрели туда. Квартира была, очевидно, с двумя окнами на улицу, одним побольше, ближе к балкону, и одним поменьше.
— Вы видели этого человека когда-нибудь в последнее время, фру Андерсон? — спросил Мартин Бек.
— Нет, это уже было давно. Правда, я была в субботу и воскресенье за городом, но я не видела его уже несколько дней, еще до того как уехала.

Колльберг заметил бинокль между двумя цветочными горшками. Он поднял его к глазам и направил на дом на противоположной стороне улицы. Окна и балконная дверь были закрыты. Стекло отражало дневной свет, так что не было видно, что скрывается в темных комнатах за окнами.
— Этот бинокль мне дал Рутгер, — сказала женщина. — Это морской бинокль. Дело в том, что Рутгер плавал на море. Обычно я смотрю на этого мужчину именно в этот бинокль.

Если вы откроете окно, то будет лучше видно. Не подумайте, что я какая﷓то любопытная, но видите ли, мне в апреле прооперировали ногу и тогда-то я его и заметила. Я имею в виду, этого человека на балконе. После операции. Мне прооперировали вены, и я не могла ходить, у меня были такие ужасные боли, что я даже не могла нормально спать. Поэтому я бóльшую часть времени сидела у окна и смотрела на улицу. Я подумала, что это какой-то странный человек, если у него нет другого занятия, кроме как стоять на балконе и глазеть.

Бр-р, в нем было что-то пугающее.

Женщина непрерывно говорила. Мартин Бек тем временем вытащил из кармана портрет, нарисованный на основании показаний грабителя, и показал ей.
— Ну… в целом, похоже, — сказала она. — Но это не очень хороший рисунок, по крайней мере, мне так кажется. И все же немного похоже.
— Вы не помните, когда видели его последний раз? — спросил Колльберг и передал бинокль Мартину Беку.
— Нет. Но наверняка это было несколько дней назад. Даже больше недели. Погодите, думаю, я видела его последний раз, когда мы делали уборку в квартире. Подождите, я сейчас посмотрю.

Она открыла секретер и вытащила оттуда календарь.
— Так, секундочку, — сказала она. — Это было в пятницу, на прошлой неделе, верно. Мы мыли окна. И утром он там еще стоял, а вечером и на следующий день его уже не было. Да, верно. С тех пор я его не видела, я точно это знаю.

Мартин Бек опустил бинокль и посмотрел на Колльберга. Им не требовался календарь для того, чтобы вспомнить, что произошло в прошлую пятницу.
— Так значит, девятого, — сказал Колльберг.
— Совершенно верно. Выпьете еще кофе?
— Нет, большое спасибо, — сказал Мартин Бек.
— Ну хоть самую капельку.
— Нет, действительно нет, большое спасибо.

Однако она уже снова налила в чашки кофе и тяжело опустилась на диван. Колльберг присел на краешек кресла и быстро запихнул в рот целую булочку с миндалем.
— Он всегда был один — этот человек? — спросил Мартин Бек.
— Да. По крайней мере я никогда больше никого не видела. Иногда мне даже было его немного жаль. В квартире всегда темно, а если он не стоит на балконе, то просиживает у окна в кухне. Это, наверное, когда идет дождь. И я ни разу не видела, чтобы кто-нибудь приходил к нему в гости. Да вы сидите, сидите и, если это не тайна, скажите, что с ним случилось.

Вот видите, вам ведь помогло то, что я позвонила.

Мартин Бек и Колльберг уже допили кофе и стояли перед ней.
— Большое вам спасибо, фру Андерсон, вы в самом деле очень любезны. До свидания, до свидания, нет, нет, не нужно провожать, мы сами найдем выход.

И они быстро исчезли в прихожей.

Когда они вышли из дома, Колльберг направился в сторону пешеходного перехода метрах в тридцати, но Мартин Бек схватил его за рукав, и они оба перебежали на противоположную сторону улицы, прямо к дому напротив.

.............................................................................

На сайте MP3 Profy вы можете скачать музыку по жанрам, по назначению (релакс, йога, для работы и пр.) и разного формата (отдельные треки, альбомы, тематические сборники). Но, самое главное - все это богатство совершенно бесплатно
Tags: литература, швеция
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments